20/22

Данилу тесно стало в московских аудиториях. Его раздражала показная честность окружающих, и он устал переливать из пустого в порожнее. Родной Севастополь всё звал — там земля дышит правдой, а не перегретым воздухом столичных кафе. В тот день он принял решение — уйдёт добровольцем. Повернёт туда, куда тянет совесть, даже если друзья его не понимают.
Алиса узнала о его намерении слишком поздно. Она не просила его остаться, но между ними всегда был спор — про мир, про страх, про цену чужих ошибок. Она узнаёт, что беременна, только когда он уже далеко. В голове — пустота и страх. Остаётся только одно: ехать за любимым, не дать сделать непоправимое. Это не смелость, не вызов — скорей тихое безумие, продиктованное инстинктом защиты.
Путь Алисы — как слепой поиск в лабиринте чужого мира. Город, расколотый на выстрелы и шепоты, встречает холодно. Здесь она совсем одна. Алиса цепляется за любые намёки, услышанные имена, обрывки разговоров. Её любовь теперь — настойчивая, пугающая сила, упрямая как боль.
Данил тем временем меняется. В седых рассветах, среди криков и разрухи, он ищет хоть какой-то смысл в происходящем. Всё чужое, всё своё — уже не отделить. Старые убеждения исчезают, остаётся только реальность, которая пахнет гарью и пылью.
Встреча почти случайна — взгляд через дымящийся двор, крик, который перебивает шум. Они оба не те, кто были раньше. Страх в голосе, усталость во взгляде, но главная проверка ещё впереди. Потому что любовь — это не просто слова. Иногда она значит спасение, иногда просто способность выжить рядом.
Их личная история растворяется в общей беде. За несколько недель оба понимают: мир больше, чем их собственная боль. Испытания делают их старше. Их чувства проходят сквозь хаос и выживают, потому что другого выхода просто нет.