Жена Штирлица

С каждым днём Валентине становилось труднее смотреть в глаза сыну. Вовка рос наблюдательным, не задавал лишних вопросов, но вечером, после очередной драки на дворе, ждал у окна и что-то шептал во сне. Его папы не было рядом, и Валентина решила: пусть лучше у мальчишки будет мечта, чем пустота.
Она сочинила лёгкую, захватывающую историю — не соврала, а создала иллюзию для двоих. Папа в Южной Америке, тайный разведчик. Спасает мир, рискует жизнью, но всегда помнит про сына. Вовка охотно поверил. Его игры стали ярче, рассказы друзьям наполнились выдуманным героизмом, и даже хулиганы стали слушать его чуть внимательнее.
Но сердце Валентины было тяжёлым. В любой момент сын мог понять, что всё это — только слова. И тогда настанет тишина, в которой ей самой будет не выжить. Апофеоз настал весной, когда на школьном собрании кто-то спросил: «А папа Вовки вернётся?»
Вечером она чуть не раскрылась, слова застряли в горле. И вдруг всё переменилось. Во дворе, на пыльной дорожке появился человек — ниоткуда, словно вышел прямо из детской сказки. Легкая походка, плечи будто крепкие стены, незнакомый, но одновременно до боли родной взгляд. Мужчина спросил дорогу, улыбнулся Вовке: «Ну что, ждуна нашёл?»
У Валентины подогнулись колени. Всё смешалось: тревога, удивление, глухой страх — не могло же это быть взаправду! Но мужчина остался — помог донести сумку, вернулся на следующий день. Между ним, ею и Вовкой постепенно возникло что-то необъяснимое: не обман, а неожиданное продолжение выдумки, в которую всем троим так хотелось поверить.
В этот момент Валентина вдруг поняла: сказки не всегда рождаются на бумаге. Иногда — прямо среди двора, там, где кто-то очень ждёт возвращения.