Загадка Брюса Бедлама

Карташова вновь ощутила старое напряжение, только теперь расследование тесно сплелось с личным мотивом. На этот раз на её столе лежало убийство не абстрактного человека, а бывшего коллеги — Максима Лапина, загадочного создателя головоломок, чья любовь к сложным комбинациям была почти маниакальной. Лапин почему-то вписал её в число возможных наследников собственной коллекции — россыпи уникальных головоломок, оцениваемых в целое состояние.
Правила у него свои. Каждый кандидат получил часть куба Бедлама — пресловутой головоломки, которая терпит тысячи решений, но только три правильных ведут к победе. Нужно не только быстрее других собрать его тем самым образом, но и уметь расшифровывать намёки, для посторонних выглядевшие порой как пустая болтовня.
В одиночку Карташова вскоре почувствовала, что топчется на месте. Помощь пришла с Ольгой Барковской — вдвоём они изучали каждую деталь, и постепенно куб начал поддаваться. Подсказки, оставленные Лапиным будто между строк, срабатывали: в старых записях, случайных ссорах и даже в способе разговаривать он оставил ключи к нынешним решениям. Но вместе с ответами появлялись новые тайны. Некоторые пересекали границу частного, касаясь и других имён, иных, ещё не раскрытых тайн.
Постепенно расследование превращалось в нечто большее, чем поиск убийцы или победа в причудливой гонке за миллионы. Карташова всё яснее видела: Лапин словно задал ей новую загадку — не только о головоломках, но и о тех, кто по-настоящему ценен, когда все секреты становятся явью.