Когда горит огонь

В этом селе беды приходят редко и надолго. С утра Василия — высокого, чуть сутулого мужчину с вечной удочкой — видели, как всегда, по дороге к реке. А через несколько часов над посёлком заклубился слух: мужчину нашли мёртвым, а двенадцатилетнюю Дашу — без сознания и с раненой головой — совсем рядом. На мокром песке валилось ружьё.
Молва придумывает простое объяснение: мол, Дашка по неосторожности хлопнула курок, да так, что сама и оглушилась. Отец не умел держать с нею строгих границ, так и вышло.
Но фельдшер Лера не спешит ставить точку. Беда пахнет другими причинами. Она отпаивает девочку чаем, слушает скорые сны и вскоре убеждается: истина — где-то под слоем деревенских пересудов. На помощь зовёт участкового Михаила — надёжного, неброского, такого, что в любой снежный буран придёт, не спутав двери.
В это время бывший хирург Никита пытается быть рядом. Лера старается не запускать пробелы в разговоре, но чувствует — внутри всё холодно. В столице её знали как подающего надежды доктора, а сейчас она прописала себе выживание на отшибе, чтобы не вспоминать прошлое.
Складывая обрывки — чужие слова, хмурые взгляды, нелепые оправдания, — Лера с горечью понимает: причин для убийства у соседей собралось слишком много. Не все хороши на первый взгляд, и Василий был не так уж прост для тех, кто с ним жил.